Работу Владимира Нуждина высока оценил начальник управления по борьбе с картелями ФАС России

Работу Вадима Нуждина, координатора проекта ОНФ «ЗА честные закупки» в ПФО, сопредседателя регионального Штаба ОНФ, члена Политического Совета партии «РОДИНА», высоко оценил начальник Управления по борьбе с картелями ФАС России Андрей Тенишев в своем интервью журналу «Цифровые закупки».

– Андрей Петрович, есть ли на торгах еще недостаточно прозрачные, «слепые зоны»?

– Мы почти уже оцифровали закупки, но теперь нам предстоит оцифровать и продажи. Сейчас, например, поступает масса жалоб на тему леса. Возбуждены антимонопольные и уголовные дела. Один из путей решения проблемы – продажа древесины на бирже. Одно дело – на пеньке подписать договор, по которому эшелон леса уходит неизвестно кому, другое – если тот же объем леса выставлен на открытые биржевые торги. Сделка публична и открыта для контроля, как государственного, так и общественного. Видно, кто купил, кто продал и по какой цене, а на площадке сохранились IP, MAC-адреса, электронные цифровые подписи и другие следы. Поэтому цифровизация продаж не менее важна, чем цифровизация закупок. Продажи станут более прозрачными и контролируемыми. Риски для потенциальных нарушителей возрастут многократно.

– Достаточно ли крупные штрафы выписывает ФАС за картели на торгах?

– Штрафы за сговор на торгах достигают 50% от начальной максимальной цены контракта для каждого участника соглашения, независимо от того, выиграла компания торги и заключила ли она госконтракт. На размер штрафа также влияют смягчающие и отягчающие обстоятельства. В прошлом году самый крупный штраф, уплаченный за сговор на торгах, составил более 94 млн рублей. Его заплатила компания, работающая в строительной отрасли. В прежние годы были суммы и повыше.

– Если анализировать сферы экономики, где больше всего обнаруживается сговоров?

– Традиционным лидером является строительство, второе место – у фармацевтических компаний, далее – организация и поставка детского питания. В позапрошлом году была аналогичная картина: только фармацевты опережали строителей. И так продолжается уже несколько лет.

– Картели – это болезнь регионов?

– Я бы так не сказал. Питательная почва для картеля – это отсутствие или низкий уровень конкуренции. Если в регионе высок уровень картелизации, значит, что-то не так с региональной конкурентной политикой. Зачастую картели действуют под прикрытием органов власти – таких историй и мы, и правоохранители выявляем все больше и больше. И еще, если в регионе возбуждены картельные дела, то с большой долей вероятности выявляются смежные нарушения. Где картель строит – там скверные дороги, а где картель кормит – там жалобы на школьное питание.

С лекарствами – отдельная история, которая начиналась как региональная. Возбуждены сотни антимонопольных дел о картелях почти во всех регионах страны. Возбуждены уголовные дела в отношении министра здравоохранения Дагестана, замминистра здравоохранения Самарской области, которые покровительствовали картелям. И антимонопольные, и уголовные расследования зачастую выявляют завышение НМЦК в несколько раз. Представляете, если заказчик завысит начальную цену в два раза, значит, в два раза меньше купит лекарств. А потом пациент приходит в больницу, и ему говорят: бинты неси с собой, лекарства покупай сам.

У нас из года в год увеличивается финансирование закупок лекарств для нужд государства, и примерно в это же время падает обеспеченность больных лекарствами и возрастает картелизация закупок.

Парадоксальная ситуация – чем больше государство выделяет денег, тем меньше их доходит до больных. Это уже последствия картелизации целой отрасли экономики страны.

– Почему, несмотря на контроль со стороны государства, нарушений в сфере закупок меньше не становится? Опять парадокс?

– Наша система госзакупок является одной из лучших в мире. До внедрения электронных торгов ситуация была значительно хуже. Но мы просто не представляли себе масштабы бедствия и объемы потерь, которые у нас были.

Сегодня практически все процедуры по 44-ФЗ выведены в электронный формат. Анонимность закупщиков представляет собой очень важный барьер для различного рода сговоров. Одно дело, когда ты видишь всех поставщиков в лицо и сама ситуация тебя подталкивает к тому, чтобы договориться. Совсем другое – когда сама процедура торгов тебя всячески удерживает от сговора. Это принципиально.

Еще один важный фактор – открытость системы для контролирующих органов, для общественности. Я в любой момент могу зайти и посмотреть, как прошли торги, например, на Чукотке, как там купили мазут… По определенным алгоритмам отобрать все подозрительные закупки и за час аналитической работы выявить возможный факт сговора. Все открыто и для государственного контроля, и для общественного.

Сегодня в стране действуют более 13 тыс. активистов проекта ОНФ «ЗА честные закупки», которые мониторят государственные закупки каждый день. Масса качественных материалов, помогающих выявлять нарушения, поступает именно от гражданских активистов. Когда мы все это выносим на открытые площадки, становится больше выявленных случаев злоупотреблений, тем самым мы снижаем их число в реальной экономике, и, соответственно, уровень коррупции в системе государственного заказа уменьшается!

Активисты проекта ОНФ «ЗА честные закупки» – это, без преувеличения, настоящие фанаты своего дела. Мы посещаем их мероприятия на регулярной основе, ежегодно сами собираем активистов со всей страны и проводим обучающие семинары. В итоге мы получаем не просто гражданина, который требует правды, а юридически подкованного, грамотного помощника.

– Приведите, пожалуйста, в пример кого-то из наиболее активных людей из этой когорты?

Вадим Нуждин из Самарской области. У этого активиста на счету несколько лет системной работы в своем регионе. Есть примеры выявленных крупных картелей, уголовные дела, возбужденные против картелей по результатам нашей совместной работы. Одно из самых важных достижений – 90 млн штрафов, взысканных с участников фармкартеля. И это команда одного лидера.

– Возможно ли гражданских активистов подключить к мониторингу выполнения национальных проектов? Как вообще можно отследить их исполнение? Есть ли у ФАС конкретные рецепты?

– Не буду раскрывать деталей. Могу лишь точно сказать, что мы будем это делать совместно с ОНФ. На все нацпроекты государством сегодня выделяются огромные бюджетные деньги. Наша задача – полностью устранить сговор при реализации нацпроектов, чтобы на торгах победили те, кто предоставит высокое качество за лучшую цену. У нас отлично отработаны методы взаимодействия с общественными контролерами ОНФ.

Они оперативно делятся с нами не только информацией, но и эффективными методами выявления нарушений. К примеру, ОНФ обнаружило на Google картах стройку. Сверили данные, а торги по данному объекту еще не объявлены. Когда объявляются торги, то угадайте, кто на них победил? Тот, кто уже все построил! До этого прецедента наши органы не использовали интерактивные карты для фиксации нарушений. Спасибо Общероссийскому народному фронту за ноу-хау! Обыкновенно происходит наоборот, и наши сотрудники делятся опытом с общественниками, обучают их работе, показывают слабые места потенциальных коррупционеров.

– Вопрос, возможно, риторический: наступят ли такие времена, когда картельный сговор вообще исчезнет из нашей экономики?

– Ни одна страна мира, где существует рыночная экономика, не смогла этого добиться. Где точно нет картелей, так это в Северной Корее, но там и рыночной экономики нет. Однако добиваться снижения абсолютного числа картелей и уровня картелизации товарных рынков и торгов, конечно же, необходимо, что мы и делаем.

По материалам журнала «Цифровые закупки», официального издания Форума «Госзаказ»